Сегодня мы публикуем фрагмент произведения «Страна Саша» Галы Узрютовой, вошедшего в шорт-лист литературной премии Bookscriptor в номинации «Young Adult».

Гала Узрютова

Родилась в 1983 году в Ульяновске. Окончила Ульяновский госуниверситет, факультет культуры и искусства. Автор книги стихов «Обернулся, а там – лес» («Русский Гулливер», М., - 2015), книги Young Adult «Страна Саша», 10 пьес и серии рассказов. Стихи переводились на немецкий и английский языки, проза – на итальянский. 
Лауреат поэтической премии имени Н.Н. Благова, дипломант литературной премии Дмитрия Горчева 2017, финалист российско-итальянской литпремии «Радуга» (2015, 2017, 2018), лауреат специальной поэтической премии «Русского Гулливера-2014», лонглистер премии «Дебют» (2006, 2007). Лауреат конкурса Европейской сети театрального перевода 2018. Пьесы становились победителями, входили шорт-листы в драматургических конкурсах «Баденвайлер», «Действующие лица», Волошинский конкурс, «Евразия», «Любимовка», «Первая читка» и др. Участник российско-немецкого проекта «Поэтическая диверсия 2015», литфестиваля в Хайдельберге (2016), участник российско-немецкого проекта Shots/Stories 2012-2013.
Публикации: журналы «Арион», «Волга», «Октябрь», «Современная драматургия», «Берлин. Берега», «Гвидеон», «Двоеточие», Текст.Экспресс», Сноб», «Симбирск», сборник «Лучшие пьесы», World Poetry book; итальянско-российская антология «Радуга»; российско-немецкая поэтическая антология VERSschmuggel; антология поэзии и прозы авторов Казахстана и России; антология анонимных текстов «Русская поэтическая речь 2016»; сборник «Молодая литература 2016»; антология короткой прозы «Русского Гулливера 2015» и др.

Страна Саша

...Я как маленькая страна, у которой есть свои обычаи и традиции. Страна Саша.

Один из моих обычаев. Когда накопятся деньги в копилке, я открываю сундучок и отдаю все, что собрано, какому-нибудь просящему. Мне этот обычай кажется идиотским, но я ему следую. Чувствую себя полным уродом, когда выбираю, кому именно отдать мелочь. В прошлый раз я отдал одному инвалиду, который в центре города сидит на инвалидной коляске. Ноги у него накрыты одеялом, а на глазах очки. Наверное, он плохо видит, а не то разглядел бы мою физиономию.

Когда отдаю ему деньги, чувствую себя по меньшей мере принцессой Дианой или Биллом Гейтсом. Великий благотворитель раскрыл свой сундук и отдает несметные богатства. Скрудж Макдак, называется. Вообще, стоило бы в банке поменять всю эту мелочь на бумажные деньги, а то как-то неприлично вот так вот вываливать кучу мелочи. Хотя у меня там и десятки попадались, но все равно выглядит ужасно. Дескать, на тебе, что мне негоже. Или это просто мнительность моя. Наверное, стоит отдавать первому попавшемуся. Но есть некоторые ненастоящие нищие. У меня чутье на такие дела. Как-то видел как один старик, которому я всегда подаю, купил торт. Но я все равно ему подаю, но этот торт меня смутил. Хотя, может, он неделю на этот торт собирал.

Еще у меня есть обычай разбираться со своими желаниями. Например, если мне очень хочется две вещи, то я думаю, что не слишком ли это жирно, и начинаю говорить небесам, что лучше пусть уж у меня будет одна, но будет. Например, если я хочу новые джинсы или на концерт каких-нибудь альтернативных британцев, то начинаю умерять свои аппетиты и рассуждаю. Небушко, ну, пожалуйста, пусть у меня не будет новых штанцов, но зато будет концерт. Я не обижаюсь, если у меня этих штанцов еще долго не будет. Зато у меня будет концерт. Небушко лучше знает, что мне надо. Может, в этих джинсах я бы в историю какую попал или еще что. Я в такие дела верю.

Третий обычай моего государства – это никогда никому не говорить, что ты задумал. Или чего ты хочешь. Ну, кроме небушка, конечно. У меня было пару-тройку раз – говорил, что на следующей неделе будет то-то и то-то. И естественно, ничего не было. Потому что все это в воздух улетело. А в воздухе ветер. И ничего не поделаешь – у него скорость быстрая.

Четвертый обычай немного сентиментальный. Так можно подумать, что я романтик, но это бред. Когда я куда-нибудь еду, обязательно беру с собой маленький значок в виде жучка, которого мне мама в детстве подарила. Он изрядно обшарпан уже, но все время со мной. Не то, что это талисман, нет. Я верю, что он живой. И я с ним даже разговариваю. Иногда кажется, что он единственный, кто меня понимает. Только жук этот вредный. Он все время говорит, что голодный, и я его не кормлю. Хотя я его кормлю и никогда о нем не забываю. Я могу сказать ему: иди ко мне. А он скажет: я голодный, ты меня не кормил, я ослаб, поэтому даже доползти до тебя не могу. Он прямо как тот попугай из мультика, который все твердил: всем все привозят, всем все покупают, а мне ничего. Чего уж ему привозить, если я его сам везде вожу.

Пятый обычай у меня совсем старческий. Каждое утро, когда я просыпаюсь, я смотрю Евроньюс. Мне нравится, слушать новости по-английски. Я даже почти все понимаю. Еще мне нравится, какие у них там яркие картинки. А когда там показывают прогноз погоды, и говорят что сейчас в Лимасолле +33, я представляю себя на белом шезлонге и мысленно разглядываю проходящих мимо туристок. На мне темные очки со стеклами в белой оправе и белые легкие брюки. То, что темные очки придают манящий вид, я понял еще в детстве, когда врезался в сосну на велосипеде со всего разгона. Мне пришлось надеть очки, чтобы никто не видел фингал. Все сразу стали спрашивать, почему я все время в очках, а я придумывал дурацкие ответы, но правду не говорил. Теперь синяка нет, но желание казаться загадочной звездой осталось. Еще я смотрю, какие условия для вылета в аэропортах мира. Как будто я куда-то полечу.

Сегодня, кстати, там показывали еще и температуру моря. И я задумался. Почему люди так хотят жить у моря. Я кстати тоже хочу, и мне кажется, я в прошлой жизни там и жил, потому что просто родился с этой мыслью, но речь не об этом. Наверное, потому что наши предки селились у воды. Стирали там белье. Пили воду. Водили живность на водопой. И у нас это в генах. Теперь мы тоже рвем кожу изо всех сил, чтобы хотя бы раз в год уехать к морю. А потом у меня появилась ужасная мысль. Например, я приезжаю жить у моря. Любуюсь песком. Глажу воду. Ем рыбу в ресторанчике, где питаются местные, потому что знаю, что там вкуснее. И вот настает момент, когда меня от моря начинает тошнить. Я этого очень боюсь. Я тогда не знаю, чего мне будет еще хотеть.

А так – я бы жил на маяке на острове. Один. Такой нелюдимый. И чтобы на материке обо мне легенды ходили. Дескать, с тех пор, как того угрюмого бородача бросила жена и укатила с заезжим теннисистом на красном «Феррари», он стал жить на маяке и ходить в море. Его теперь только и видят, что с собакой бродячей, старой лодкой, серыми сетями и большой трубкой, набитой дрянным табаком. К нему заходит разве что старый добрый Джорд, который приносит выпить старого доброго красного из своего погреба. Никто даже не решается сходить к нему в гости, проведать его. Наверное, он там совсем уже свихнулся, обсуждали бы меня горожане...


Переходите в редактор и начните писать книгу прямо сейчас или загружайте готовую рукопись, чтобы опубликовать ее в нашем каталоге!