Рассказ Наталии Басовой «День рождения» – вполне законченное произведение. В нем есть четкая структура, характеры персонажей, размеренное повествование. В какие-то моменты кажется, что на автора оказали влияние писатели-«деревенщики», но отнести «День рождения» к деревенской прозе в чистом виде, конечно, нельзя – для рассказчика важно не раскрыть проблемы деревенской жизни и гуманно-этических ценностей, связанных с ней, а просто описать ситуацию, в которой оказался герой. Подобную историю мог бы пересказать читателю приятель или знакомый – усомниться в том, что она могла быть на самом деле, невозможно. В этой фиксации реальности, в этой подкупающей правде, в этой жизненности большая ценность. И даже скрытая дидактика рассказа ее не отменяет.

Главный герой, 70-летний именинник Володя, показан читателю вневозрастным человеком. Даже представляет его автор как   «Володю» – не Владимира, не Владимира (к примеру) Петровича, а так, как можно было представить близкого человека, по-свойски – В-о-л-о-д-я. В день своего рождения он по-детски предвкушает подарок, планирует, что же он себе купит, а в итоге рассказ завершается классическим разочарованием. 

Что касается работы над ошибками, то я бы порекомендовала автору внимательно перечитать рассказ и внести корректировки, необходимые для ясности. К примеру, мы читаем в одном абзаце "Восемь детей сидели за столом рядком со своими женами и мужьями, вокруг притихли внуки" – буквально в следующем мы видим "сына-бобыля", с которым герой и напивается. Был ли он посчитан за столом? Кто он? Еще через несколько абзацев мы узнаем его имя – Виктор («Виктор лежал рядом, он устал и уснул»). Но для того, чтобы все сложилось в понятную картину, читателю придется еще раз вернуться к началу рассказа и изучить его заново – это очевидный минус. Также изначально нет никаких территориальных привязок, а к концу выясняется, что герой Володя – волжский рыбак. Вроде бы мелкая деталь, а важная. Даже если весь рассказ является фотографией события, фиксацией момента, хотелось бы, чтобы каждый элемент, на ней запечатленный, был четким, понятным и легко считываемым.  

День рождения

Володя открыл глаза и увидел в окно яблоню, что, как обычно, стучалась в стекло в прозрачном свете раннего июньского утра. Ему показалось, что сегодня он станет моложе, так светло и спокойно было на душе. Дни рождения приносят радость детям, а 70-летний юбилей – это скорее спокойствие и гордость, чем радость. Нет, он не стал вспоминать свою жизнь. Она текла размеренно и однообразно. Но в этом-то и было ее счастье.

Володя мечтал о подарке, он хотел купить что-нибудь необычное на те деньги, которые обычно приносили на праздник гости. Его жена всегда собирала всю родню и всю деревню, чтобы праздник получился. А потому Володя ждал этого дня – ждал стол с вкусной едой, ждал возможность выпить с друзьями и потом попеть песни под гармошку! В этот день он был в центре внимания, а это редкость и ценность в его жизни!

В семь утра Володя с сыном уже выводил коз на пастбище и ласково разговаривал с каждой. Молодой козел Ромка как всегда упирался и вел себя сообразно своему названию. «Ну, ну, не балуй!» - заботливо басил Володя.

В этот день никто не работал – окучивание картошки и прополка-поливка огорода сегодня были отложены за благовидностью повода.

К обеду потянулись гости. Все расселись чинно за стол, говорили незамысловатые «тосты» и постепенно «уговаривали» бутылочку за бутылочкой. Подарков «насобиралось» больше, чем две тысячи – целое состояние! «Ну тыщу возьмет жена, а на остальное я куплю себе… Я куплю себе… Сына попрошу купить спиннинг, настоящий, чтобы удить сподручно…» - мечтал за столом волжский рыбак Володя.

Гости расслабились, именинник достал гармошку и жена запела. Ох, как же она пела, будто молодая! И голос не изменился. И страсть!! Ох, мурашки по спине. Восемь детей сидели за столом рядком со своими женами и мужьями, вокруг притихли внуки. Бабушка пела старинные песни! Слова знали лишь соседки-ровесницы. Хор у них получался стройным – пели они часто.

Жаркий полдень покатился к вечеру, гости и дети разбрелись да разъехались, а Володя с сыном-бобылем все сидели и попивали водочку. Сегодня никто не говорил им, что хватит уже – праздник же!

В вечеру встали, коз нужно было домой пригнать. И тут Володя понял, что перебрал. Трудновато слушались ноги, голова летела по кругу. Кое-как цепляясь друг за друга, они с Виктором дошли до поля с козами. А эти словно не узнали их! Запах перегара пугал коз, они рвали веревки и разбегались. «Ух, скаженные,…» - покрывали их мужички трехэтажным -« ….. куды побегли. ….. Стоять!…»

Рома и вовсе почуял волю, бросился в одну сторону, в другую… И тут Володя увидел, что земля быстро приближается, дальше трава стала щекотать ноздри. Веревку он упустил, а потому стал подниматься, да поднялся только на шестой попытке. Виктор лежал рядом, он устал и уснул.

Что делать? Ловить надо! Покрывая матом все окрестности и Рому вместе с ними, Володя еще с десяток раз упал – то в веревке путался, то в траве, то в козах. Соседи смотрели из окон и сочувствовали, но помочь никто не вышел.

Кое-как в темноте уже коз все же пригнали – они сами пришли, пить захотели, прибрели домой. Только Рому мужики гордо тащили на веревке полдороги, а остальные полдороги их тащил Рома.

Дома жена встретила молча. Ничего не сказала. Только спросила, где конверт, чтобы забрать на хозяйство из подаренных денег. А конверта-то и не оказалось! Преодолевая кружение окрестностей, Володя еще долго ползал в траве, отыскивая конверт, выпавший из кармана…

Конверт не нашли и утром. Всей деревней искали. И днем не нашли…

На третий день Володя проснулся как обычно – под постукивание яблони в окно. И начал мечтать об оснастке. Теперь ее можно было купить только на следующий год. И он стал ждать следующего дня рождения.