Произведение Сергея Спирина "Рассказ о настоящем человеке" – это зарисовка на героическую тему, текст, способный поднять дух читателя своим примером, в нем есть и дидактика, и структура. Из присланных в редакцию рукописей, это – один из немногих хорошо проработанных материалов в своем жанре. Тут есть всё – и всего лишь на двух страницах. Это несомненный плюс, ибо в формате рассказа автору надо быть максимально лаконичным и настроенным на "быстрый образ" – если вы не можете пересказать свой текст, это не рассказ. Должен быть конфликт, герой и "ядро" – художественная деталь или цепляющий образ. С этим у автора также проблем нет.

В основу "Рассказа о настоящем человеке" легла документальная история спасения пассажира летчиком, пересказанная литературно: то есть на выходе мы видим некий новый мутировавший жанр "faction" – репортаж по газетной хронике с художественными размышлениями. 

Кстати, о художественности – слово "МЧСник" я бы порекомендовала автору заменить на "спасатель", а финальное восклицание "Так оно и было!" вообще убрать из текста. И кроме того – стандартно – подумать над названием. Рекомендую запомнить одно из главных правил, которое можно дать начинающему автору – не путайте своих читателей, не давайте им возможности случайно прочесть чужое произведение со схожим названием. Не позволяйте читателю задуматься над тем, что ваш текст может носить вторичное или производное название – чем оригинальнее и точнее, тем выигрышнее. А пока, к примеру, довольно сложно для восприятия отличить рассказ Сергея Спирина от текста Бориса Полевого "Повесть о настоящем человеке". Кстати, как в случае с пресловутой повестью Полевого, рассказ Спирина мог бы разрастись до литературного сценария и стать экранизацией.

РАССКАЗ О НАСТОЯЩЕМ ЧЕЛОВЕКЕ 

Крохотный самолетик со смешным названием "Птенец-2" лихо разбежался по взлетно-посадочной полосе, забавно подпрыгнул и полетел, не спеша набирая высоту. Серёга Рогозин плавно повел ручкой управления вправо, самолетик послушно выполнил красивый вираж, прошел над аэродромом, покачивая крылышками и лег на рабочий курс. Издали он был похож на большую яркую бабочку, по странному стечению обстоятельств залетевшую в морозную Якутию поздней осенью, когда здесь установились 20-градусные морозы.

Полет обещал быть продолжительным и интересным - поиск потерявшихся оленей и подсчет их общего поголовья. Сергей любил такие неординарные работы. Шутка сказать - 30 лет в авиации, самые разнообразные полёты приходилось выполнять ему на необъятных якутских просторах. Особенно запомнился весенний облёт рек с гидрологами Арктического института, когда у Ленских столбов они попали в чудовищную болтанку. Маленьким Ан-2 стихия играла словно мячиком, бросая его сверху вниз и из стороны в сторону. Выдержанные бородачи-гидрологи, которых трудно чем-нибудь напугать, тогда слегка побледнели, а Серега со вторым пилотом лишь крепче сжали штурвалы, стараясь удержать машину на курсе. Пугаться было некогда. Жесткая болтанка могла в любой момент разрушить самолет, а пилоты просто работали и победили стихию, да и "Аннушка" не подвела.

Серега давно вышел на пенсию, но расстаться с небом не смог. Вот и летает теперь на микросамолетике, помогает, как может, тундровикам в их тяжелой кочевой жизни.

Представитель заказчика - оленевод с большим стажем - Михаил Анатольевич Прокопьев по ходу полета делал в общей тетради какие-то только ему понятные заметки. Серега выдерживал курс, а старый тундровик считал оленей. Так и работал маленький экипаж "Птенца" до полудня. А в полдень произошла авиационная катастрофа.

Полет проходил на безопасной высоте при хорошей видимости, вдоль гряды холмов, высота которых не превышала 40 метров. Внезапно восходящий воздушный поток подбросил самолетик кверху. И в ту же секунду сильнейший нисходящий поток рванул машину к земле. Сергей резко взял ручку управления на себя, но земля неумолимо приближалась.

Двигатель отчаянно звенел на взлетном режиме, а перед самой землей аппарат, помимо воли человека, неожиданно сильно накренился. Пилот энергично хотел выровнять крен, но не сумел этого сделать... Удар!!! Треск разрушающейся конструкции - и тишина, тревожная и гнетущая, навалилась на людей.

Первым пришел в себя Михаил - при столкновении с землей, благодаря привязным ремням, он удержался в кабине. Отделался легким испугом и незначительными ушибами.

Сергею не повезло. Его выбросила из кабины чудовищная сила. Пробив своим телом лобовое стекло и пролетев по воздуху несколько метров, ударился он о камни, выступающие из-под снега. Придя в себя, пилот попытался подняться и не смог. От страшной боли потемнело в глазах и он снова потерял сознание.

Миша тем временем выбрался из кабины и подошел к Сергею. То, что он увидел, повергло этого много чего повидавшего в жизни человека, в шок. Обе ноги летчика были перебиты. Из рваного комбинезона торчали обнаженные обломки костей.

... Сознание медленно возвращалось к Сергею. Едва приоткрыв глаза, он увидел Михаила, пытавшегося предотвратить потерю крови и перетянуть какими-то веревками ему ноги выше колен.

- Миша, брось все! Залезь в самолет и включи аварийный радиомаяк. Я скажу тебе, где он находится. Иначе нас будут долго искать и если найдут, то не сразу, - медленно, стараясь сохранить силы, проговорил Серёга.

Миша закончил работу, остановил кровотечение и только тогда выполнил распоряжение Сергея.

- Миша, ты не бойся нас обязательно найдут. Маячок ты включил. До Оленька 200 километров, там вертолёт. Прилетят, часа через два-три и всё будет хорошо, - слова пилот произносил очень медленно и чётко. Спокойный, тихий голос подействовал на Михаила ободряюще.

Прошло шесть часов. На тундру опустились сумерки, затем наступила темнота. Томительная неизвестность угнетала оленевода, Сергей, укрытый самолетным чехлом, находился в забытьи. Вдруг он зашевелился и тихим незнакомым голосом позвал Мишу. Губы его едва двигались, а припорошенные инеем веки и ресницы подымались с трудом.

Глядя на тундровика твёрдым и уверенным взглядом командира воздушного судна, Сергей Рогозин очень тихо отрывисто, но внятно заговорил:

- Миша, ... нас скоро... и обязательно найдут... ты не сомневайся ... спасатели и ночью летают. Мне не дожить, ... когда я умру, возьми мою тёплую куртку, надень поверх своей и ты их дождёшься.

Лётчик умолк. Остатки сил стремительно покидали его. Жизнь уходила из крепкого закалённого организма.

- И ещё, Миш, - Сергей перешёл на шёпот: - Прости меня за этот полет.

Пилот тяжело вздохнул, сердце его остановилось и он умолк навсегда.

Как пережил Миша остаток ночи и дотянул до полудня следующих суток - он помнит плохо. Здесь было всё: и голод, и холод, и злость, и совершенно незнакомое доселе оленеводу чувство, которому он так и не смог впоследствии дать определение. Не было только страха и была надежда на спасение. Так велика оказалась сила воздействия слов Сергея на Михаила. Он даже мертвый продолжал поддерживать живого...

МЧСники прилетели к полудню, спустя сутки с момента падения самолета. Миша не поверил себе, когда услышал отдаленный звук работы двигателей вертолета. Шум нарастал, переходя в рокот. И вот оранжевая, как апельсин, машина, взметая под собой снег, уверенно села неподалеку от места крушения "Птенца". Из нее высыпали люди и бросились к месту катастрофы. Только Сереге эта суета спасателей была уже не нужна. Его холодное большое тело было неподвижно, убитое морозом и потерей крови. Оно застыло в естественной позе сильно утомленного человека, который прилег отдохнуть. Полуоткрытые глаза спокойно смотрели на МЧСников, а губы, казалось, спрашивали:

"Почему так долго, ребята?"

Между тем прилетевшие занялись осмотром места катастрофы. Больше всех суетился майор службы МЧС. Он бегал вокруг обломков самолета, на что-то указывал, кому-то отдавал команды. В общем, был неумен и руководил на "полную катушку".

Михаил медленно подошел к руководителю операции по спасению.

- Что же вы так долго летели? - спросил он, обращаясь к спасателю. - Серегу ведь можно было спасти... Он умер сегодня ночью.

А потом, глядя в упор на суетливого майора, в сердцах добавил что-то по-якутски.

Офицер не в силах выдержать взгляд оленевода, отвел глаза в сторону.

Вот и весь рассказ о Сергее Ивановиче Рогозине, который был замечательным летчиком и Н А С Т О Я Щ И М Ч Е Л О В Е К О М.

А Михаил уверен, что спас его пилот от смерти дважды. Первый раз, когда неуправляемый самолет положил он на свою сторону и принял удар на себя. А второй, когда отдал ему свою теплую одежду.

Так оно и было!