Исторические романы дают нам возможность путешествовать в прошлое. И хоть каждый знает, что основой для повествования является в большей степени авторский вымысел, мы с легкостью закрываем глаза на то, что где-то факты не совсем верны, а где-то очевидно сфабрикованы. Ведь гораздо интереснее следить за захватывающим сюжетом, чем искать ошибки. Это в идеальном мире, на деле часто бывает совсем не так.


Условно первыми историческими романами можно назвать произведения об Александре Македонском и Троянской войне. Они были написаны в самом начале нашей эры и получили широкое распространение в Средневековье. Кстати, в самом что ни на есть историческом романе Евгения Водолазкина «Лавр», действие которого происходит в XV веке, именно историями об Александре Македонском зачитывается юный Арсений.

По-настоящему «канон» исторического романа был сформирован и развит Вальтером Скоттом. Его произведения остаются эталоном жанра, а он основным его представителем. Изящное переплетение фактов и вымысла, романтизма и реализма сделали его настоящей звездой. Романы Вальтера Скотта пробудили интерес массового читателя к изучению истории, а также способствовали романтизации эпохи Средних веков.

Самым важным отличием исторического романа от другой художественной прозы является время действия. Повествование может проходить в какой-либо эпохе целиком или частично. И сама эпоха может быть или совсем далека от настоящего, или же быть ближе к современности. Второй важный признак жанра: переплетение авторского вымысла и исторической достоверности. Часто реальные личности и события идут бок о бок с вымышленными. Именно наличие фактических данных делает книгу особенно интересной, поскольку позволяет лучше прочувствовать эпоху, вызывает доверие и позволяет с головой погрузиться в мир произведения. Описание быта и одежды, конкретные события, на фоне которых разворачивается сюжет, характеры и поступки тех героев, у которых есть реальный прототип – все это позволяет автору создать невероятную атмосферу, которая так нравится читателям.

С течением времени появилась тенденция к усложнению сюжета и глубине его проработки. И писателям, и читателям стало мало просто героев в рыцарских доспехах, нужна была историческая достоверность. Авторы проводили порой годы в предварительных исследованиях, ехали в другую страну, учили новые языки и читали источники в оригинале, чтобы написать, казалось бы, вовсе не научный труд. Умберто Эко так описывал процесс подготовки к написанию «Острова накануне»:

«Готовясь к созданию «Острова накануне», я дей­ствительно отправился в путешествие к Южным морям, к той самой географической точке, где происходит дей­ствие романа, чтобы собственными глазами увидеть, ка­кого цвета там вода и небо в разное время суток, как вы­глядят рыбы и кораллы в естественной среде обитания. Вдобавок я два или три года изучал рисунки и схемы ко­раблей той эпохи, чтобы наверняка знать, какого разме­ра были рубка или кубрик и как добраться от одной до второго».

Но Эко был в первую очередь ученым, поэтому можно сказать, что страсть к таким долгим сборам материала была его профессиональной чертой. А вот Лион Фейхтвангер, признанный классик исторического романа, был в первую очередь именно писателем, хотя тоже долго готовился к работе над своими произведениями. Он собирал материалы для романа «Успех» в тюрьмах, а в его трилогии об Иосифе Флавии четко заметно, что с сочинениями самого Флавия, жившего в первом веке нашей эры, он был знаком не понаслышке.

Такая глубокая проработка сюжета делает повествование невероятно реалистичным. Действительно, многие книги того же Фейхтвангера, Эко, Толстого (как Льва, так и Алексея), Сенкевича и многих других наполнены достоверными фактами и могут быть хорошим подспорьем для изучения истории. Но все-таки художественная литература должна оставаться видом искусства, где на первом плане внутренний мир автора и его идеи, писательский стиль и уникальное видение мира, которое и привлекает читателей.

Совсем немудрено, что часто аудитория воспринимает историческую прозу, как дополненный диалогами и деталями достоверный документ, на который можно даже сослаться в реферате или научной статье. Но такой образ мысли вреден и несправедлив. Когда читатели предъявляют роману требования и определенную степень доверия, которые больше подходят для серьезной монографии или диссертации, начинается конфликт. Больше многих пострадал Дэн Браун. «Код да Винчи» хоть и является историческим романом очень частично, но все-таки содержит достаточно обширную «историческую справку». Книга вновь подняла волну интереса к конспирологической теории о хитрой связи Тамплиеров, Священного Грааля, Леонардо да Винчи и важнейших событий Нового Завета. Многие считали ее сомнительной задолго до выхода произведения, но тем не менее она никогда так не будоражила умы масс и считалась в научном сообществе довольно безобидной. Но теперь резко возросло количество уверовавших в написанное в романе. Этому поспособствовал сам автор, который заявлял, что историческая часть основана исключительно на фактах. Произведение было подвергнуто жесточайшей критике за массу неточностей, Брауна обвиняли в клевете и богохульстве. Количество судебных исков было огромным. На популярность произведения это никак не повлияло, но точно доставило немало хлопот. И пусть Браун сам во многом стал причиной своей головной боли, все-таки такое внимание к деталям очевидно массового произведения, которое носит в первую очередь развлекательный характер, наталкивает на мысль, что лишний раз поставить ссылку на источник в своем романе не будет лишним.

Но справедливо ли это? Стоит ли так скрупулезно относиться к исторической достоверности или лучше просто читать и наслаждаться? С одной стороны такое трепетное отношение к фактам со стороны читателя делает автора более ответственным, но есть ли в художественной литературе место такой суровой проверке? На что можно закрыть глаза, а чего точно нельзя допустить? Вопросов много, а однозначный ответ дать сложно. Кто-то скажет, что на такие детали обращают внимание в том случае, когда язык книги беден, а сюжет не самый оригинальный. То есть, если художественная ценность невелика, то все огрехи и сомнительные факты выходят на первый план. Но если уж давать оценку достоверности, то ко всем предъявлять одинаковые требования. Но кто будет их определять и нужны ли они – это самое важное. Все-таки художественное произведение – это не учебник. А как считаете вы?

Что почитать?

  1. Вальтер Скотт «Айвенго», «Квентин Дорвард»
  2. Лион Фейхтвангер «Иудейская война», «Успех», «Еврей Зюсс»
  3. Умберто Эко «Имя Розы», «Маятник Фуко», «Баудолино»
  4. Лев Толстой «Война и мир»
  5. Алексей Толстой «Князь Серебряный»
  6. Генрик Сенкевич «Камо грядеши», «Крестоносцы», трилогия о Речи Посполитой («Огнём и мечом», «Потоп», «Пан Володыёвский»)
  7. Флюза Иванова «Её солдат»

Автор: Антонина Крошнева