Рассказ Николая Шолохова «Белая цапля» – это небольшая зарисовка на тему любви и жертвы во имя любви. Автор переносит читателя в мир диких джунглей, где герои, существующие в разных мирах, оказываются лицом друг к другу. Сила гибнет перед красотой – «черно-красная смерть» жертвует собой, чтобы спасти «божественное откровение». Отчасти схожий сюжет предлагала нам Стефани Майер в своих «Сумерках»: если разобраться, в рассказе «Белая цапля» (и множестве мировых сюжетов) заложена беспроигрышная модель «жертвы» –  «хищника», и развитие парадоксальной, удивительной любви. Правда, развития любви в рассказе как такового нет – любовь порождает подвиг, обрекая влюбленного на смерть.  

Главной проблемой текста становятся финал и кульминационный момент битвы. Начиная со слов «Оскал. Молния…» и вплоть до конца, разворачивающееся в рассказе действие неясно: кто-кого-как. Только перечитав несколько раз, понимаешь, что происходило, и чем и для кого все закончилось. А так как автор говорит иносказательно с самого начала, не факт, что все читатели сразу же смогут представить себе картинку: битву тигра (?) и аллигатора (?). Но если читать текст как притчу, то это вполне укладывается в жанр и не нуждается в разъяснениях.

Также я бы советовала задуматься автору, являющемуся полным тезкой известного писателя, о псевдониме или альтернативах сокращения имени/добавления отчества. С точки зрения механизмов работы в медиапространстве и литературе, увы, это будет удобнее – а пока для начинающего писателя путаница и завышенные читательские ожидания не будут играть на руку.  


БЕЛАЯ ЦАПЛЯ

           

            Долгие годы когтями и клыками он впивался в мягкие тела своих жертв, рвал, резал, раздирал их на части. В своем ареале он был самым крупным и страшным хищником –   черно-красная смерть, один лишь вид которой был способен парализовать на месте. Но немногие оказывались настолько удачливы.

            Он был единственным в своем роде. В лесу жили другие звери: фаланги розовых фламинго, ядовитые пауки, улыбчивые коалы, флегматичные антилопы, упрямые рогоносцы, напыщенные дрозды, жалкие шакалы, смертельно опасные пираньи, медлительные тапиры, зубастые волки, стремительные гепарды, но не было никого подобного ему. Среди зверей ходили слухи, что он обитал в этих местах всегда.

            Закон джунглей гласит: либо выживешь ты, либо выживут тебя. Он был отображением этого закона – идеальный убийца, не имеющий конкурентов, безжалостный, беспощадный, безмолвный. И все вокруг него было либо пищей, либо шумом. Остальное не имело значения. Остальное не играло роли. Остальное было не важно. Таков был установленный порядок вещей.

            Пока в его джунгли не прилетела она – светлая молния, разрезавшая крыльями небо, словно эврика. Величавая, хрупкая и прекрасная, как истинная любовь, как божественное откровение. Большая белая цапля.

            Она не была ни пищей, ни шумом. Нечто третье. Своим существование она сломала установленный им порядок. Она не вписывалась в привычную бинарную картину его мира. Она цинично нарушила естественный ход вещей. Парадокс, загадка, иллюзия – используя свой природный камуфляж, он прятался в высоких зарослях около реки и наблюдал, как сверкают на солнце её белоснежные перышки, пока малиновое солнце растворялось в нежной воде.

            Он приходил туда каждый вечер и застывал, как изваяние, затаив дыхание, любуясь ею. При этом его взгляд, полный жадного любопытства и безумного восторга, становился плотным и, казалось, почти осязаемым. Ему бы ничего не стоило внезапно выскочить из своего укрытия, несколькими прыжками разорвать расстояние и перегрызть её длинную деликатную шейку одним стремительным движением челюстей. Она бы не успела ничего понять. Даже, возможно, почувствовать. И это было бы нормально, это был бы зов природы, его внутренний компас, главный ориентир. Но он хотел не этого. Он хотел иного. Чего же?

            Так они и жили – большая белая цапля, прилетавшая отдохнуть в закатных лучах солнца и молчаливый, невидимый, опасный зверь. Это продолжалось до тех пор, пока однажды небо над джунглями не затянуло грозовыми тучами, все звуки исчезли, а резкий и хлесткий кнут ветра, раздвинул заросли его укрытия. И тогда она увидела его.

            Как и других животных, пронзительный, смертельный взгляд его глаз парализовал цаплю на месте. Она не могла взмыть в воздух и спастись в полете. Но, в этот раз оцепенел и сам источник оцепенения.

Они смотрели друг на друга не в силах пошевелиться, существа из разных миров, оказавшиеся вместе на краткий миг. И в этот момент он краем глаза заметил, как в нескольких метрах от цапли на поверхности воды медленно поднялись два жадных желтых глаза.

            Она и не подозревала о приближающейся опасности. Древний враг, пожиравший её сестер и братьев сотнями, уже приготовился к резкому броску. Но она не могла отвести взгляд и пошевелить хоть одним перышком.

            Оскал. МОЛНИЯ. Холодный дождь и раскрытая длинная, трепещущая пасть как в замедленной съёмке смыкается на её нежной длинной шейке – этого бы он не допустил даже ценой собственной жизни.

Резкий бросок. Столкновение. Острые когти вонзаются в плоть. Мощные лапы обхватывают скользкое тело со спины, нанося удары. Брызги. Шипение и рев. Рык. Слишком много воды. Скользкое тело уходит под воду. Удар грома. Показывается с другой стороны. Длинные челюсти смыкаются на теле. Кровь. Вырванный кусок мяса торчит из тёплой розовой пасти. Шумное дыхание. Усилие. Теперь клыки вонзаются в затылок. Несколько секунд…всё кончено.

            Продолговатая туша всплывает в реке, её медленно уносит течение. Из огромной дыры на теле слишком быстро течет кровь. Она растворяется в воде, и её тоже уносит течение. Через секунду оно унесёт и его. Последним движением он поднимает взгляд на небо и, перед тем как свет окончательно гаснет, успевает зацепить едва уловимое очертание белоснежных крыл на горизонте.

 

21.06.2018


Переходите в редактор и начните писать книгу прямо сейчас или загружайте готовую рукопись, чтобы опубликовать ее в нашем каталоге!